Когда «Нью-Йорк Никс» в последний раз стали чемпионами НБА, мир был устроен совсем иначе — и не только потому, что в лиге еще не знали ни Майкла Джордана, ни трёхочковой революции, ни потолка зарплат в его современном виде. Тот титул случился 10 мая 1973 года, когда «Никс» после поражения в первом матче взяли четыре подряд у «Лейкерс», выиграли серию 4-1, а Уиллис Рид стал MVP финала. С тех пор клуб так и не взял ни одного чемпионства.
Но чтобы почувствовать, насколько давно это было, мало просто назвать год. Нужно вспомнить, каким вообще был 1973-й — в баскетболе, в спорте, в политике, в музыке и по ту сторону железного занавеса.
В баскетболе это все еще была лига, где власть принадлежала большим парням. Центровые и тяжелые форварды задавали стиль, и расчерчивали саму архитектуру игры. Карим уже был суперзвездой, Уилт Чемберлен доживал последние страницы карьеры, а сам финал 1973 года стал его последней серией в НБА: в пятом матче он набрал последние очки своей великой карьеры. Титул «Никс» тогда выглядел не как победа будущего, а как очень классическая победа взрослой, жёсткой, глубокой команды эпохи до периметрового безумия.
При этом НБА уже начинала превращаться из просто сильной лиги в большой культурный продукт. Да, главный экономический и телевизионный взрыв пришёл чуть позже — на волне Бёрда, Мэджика и затем Джордана. Но к началу 70-х баскетбол уже шёл к новой публичной жизни: всё становилось быстрее, звезднее, медийнее. Просто в мае 1973-го никто ещё не знал, что «Никс» успеют взять титул раньше, чем лига окончательно станет глобальным шоу.
Америкой в те годы правил футбол. А футболом, конечно же, американским правил О-Джей Симпсон. В сезоне-1973 он стал первым игроком в истории НФЛ, который сделал больше 2000 ярдов выносом за регулярку. Причём сделал он это в сезоне из 14 матчей, а не 16 или 17, как это делали его последователи в более поздние эпохи. Он получил титул MVP, но даже ему не удалось затащить «Баффало» в Супербоул. Чемпионами по итогам сезона-1973 стали «Майами Долфинс», выигравшие перстни второй раз подряд.
В теннисе 1973-й подарил событие, которое давно вышло за пределы спорта. 20 сентября Билли Джин Кинг победила Бобби Риггса в знаменитой «Битве полов». Матч в Хьюстоне посмотрели примерно 50 миллионов человек по США и около 90 миллионов по всему миру. Для спорта это был не просто выставочный цирк с хорошим названием. Это был момент, когда женский теннис и вообще разговор о равенстве женщин в спорте внезапно получили глобальную сцену. В том году теннис начал звучать не только как элитная игра, но и как часть большой культурной войны.
«Монреаль» выиграл Кубок Стэнли, обыграв «Чикаго» в шести матчах. Это был 18-й трофей «Канадиенс». За океаном, тем временем, бушевала революция тотального футбола. Нидерланды демонстрировали миру, как надо играть. Даже не так. Нидерланды демонстрировали миру, как надо побеждать. Амстердамский «Аякс» в третий раз подряд выиграл Кубок европейских чемпионов, обыграв в финале «Ювентус». Йохан Кройф оформился в статусе легенды, добравшись лишь до середины карьеры. 1973-й стал для него переходным — осенью летучий голландец оформил трансфер в «Барселону».
Для автоспорта 1973-й был крайне мрачным годом. Джеки Стюарт выиграл свой третий титул чемпиона мира в Формуле-1, но финал сезона оказался омрачен гибелью Франсуа Севера на тренировке перед последней гонкой. После этой аварии Tyrrell снялись с этапа, а Кубок конструкторов ушел к Lotus. Это был очень семидесятнический автоспорт: красивый, быстрый, смертельно опасный и еще не научившийся по-настоящему ценить безопасность и жизнь пилотов.
Вообще 1973-й был годом турбулентности. В январе подписали Парижские мирные соглашения, которые формально завершили участие США во Вьетнамской войне. А Осенью началась война Судного дня, после которой развернулся нефтяной кризис 1973 года. В Чили произошел переворот, свергнувший Сальвадора Альенде. А в самих США всё сильнее гремело дело «Уотергейт» — скандал, который уже в 1974-м добил президентство Ричарда Никсона. 1973-й был годом, когда мир одновременно шатался и перестраивался. Америка уже перестала быть никсоновской, но ещё не стала рейгановской. Рональд тогда был ещё губернатором Калифорнии, заметной фигурой консервативной политики, но его национальная эпоха ещё не началась. Америка жила вьетнамским послевкусием и инфляционно-энергетической тревогой.
Советский Союз в 1973-м жил при Леониде Брежневе, в том самом климате, который позже назвали эпохой застоя. В экономике стартовала реформа Косыгина 1973 года, которая должна была подправить работу советской хозяйственной системы. В культурно-политическом поле год отметился ещё и тем, что Александр Солженицын отправил за границу рукопись «Архипелага ГУЛАГ» — жест, который стал прямым вызовом советскому государству. При этом СССР запустили в космос «Союз-12» и «Союз-13», продолжая продавать миру образ страны, которая, несмотря на внутреннюю вязкость, по-прежнему умеет в большие технологические жесты.
Музыка 1973 года вообще была отдельной цивилизацией. Именно тогда вышел The Dark Side of the Moon группы Pink Floyd — альбом, который не просто стал колоссальным коммерческим успехом, а превратился в один из главных музыкальных монументов XX века. Осенью Элтон Джон вывалил на мир свой Goodbye Yellow Brick Road, а сам год сегодня воспринимается как один из самых плотных и роскошных в истории рок- и поп-музыки. 1973-й не просто звучал — он строил звуковой фон для всей второй половины десятилетия. Это утверждение легко доказывается простым фактом: в июле 1973 года вышел дебютный студийный альбом группы Queen. Эти товарищи на массовом уровне показали, что будет с музыкой, если не бояться делать так, как никто никогда не делал.
Поэтому главный эффект от 1973 года сегодня даже не в сухой ностальгии. А в том, что последний титул «Никс» пришел из такого непохожего на современность мира. Тогда О-Джей Симпсон всё ещё был прекрасным футболистом, а не осуждённым преступником. Хантер С. Томпсон уже потряс мир своим «Страхом и Отвращением в Лас-Вегасе», но пока только собирал материал для гениальных политических эпосов о президентстве Никсона. Это был мир, в котором женщины доказали, что имеют право стоять на одной ступени с мужчинами, Йохан Кройф правил Европой, а легендарные Pink Floyd позволили нам заглянуть на обратную сторону Луны. Мир, в котором Нью-Йорк ещё мог смотреть на баскетбол не как на хроническую недосказанность, а как на чемпионский факт.
И, наверное, именно поэтому титул «Никс» так тяжело отлепить от мифа. Про такие времена обычно говорят «давно и неправда». Потому что с тех пор изменилось почти всё: лига, деньги, телевизор, музыка, геополитика, даже сама идея того, как выглядит спортивная слава. Не изменилось только одно — «Никс» всё ещё пытаются вернуться туда, где они были в мае 1973-го.
